Детали резни в Баку 1905 г. (по рапортам полиции)

854c3407 2a97 4e7e 8d2e 772333f880b9 11

Ф.Джаббаров

1905 год ознаменован первым в истории крупным армяно-азербайджанским межнациональным конфликтом, охватившим целый ряд городов Южного Кавказа. В одном только городе Баку трижды – в феврале, августе и октябре 1905 г. произошли кровавые столкновения, унесшие жизни тысяч людей.

Масштабы этих столкновений были настолько кровавыми, а последствия настолько тяжелыми, что уже современники тех дней обозначили данные события довольно метким и точным словом «резня». Августовская резня стала наиболее ожесточенной и длительной по времени: начавшись 20 августа, она продолжилась до начала сентября.

По данным Бакинского полицейского управления, только с 20 по 25 августа в Баку (сюда не входило Балахано-Сабунчинское полицмейстерство, охватывавшее промысло-возаводской район) было убито 79 человек. Были ограблены 16 лавок, подожжено 6 домов и 4 склада.

Августовская резня отличалась от февральской и октябрьской еще и тем, что она охватила также нефтяные промыслы и нанесла колоссальный урон нефтяной промышленности. В результате систематических поджогов и грабежей шайками злоумышленников больше половины нефтяных вышек сгорело. Служащие и рабочие лишились жилищ и имущества, многие из них стали покидать Баку.

Августовские события нашли отражение в двух архивных документах, связанных не только с описанием происходивших столкновений, но и с изложением их причин. Оба документа представляют собой рапорты временно исполняющего обязанности Бакинского полицмейстера, поручика Алексея Избаша Временному генерал-губернатору города Баку и Бакинской губернии, генерал-лейтенанту Семену Фадееву. Рапорты составлены, что называется, по горячим следам: первый датирован 28 августа, второй – 31 августа, что позволяет проследить ход событий на протяжении длительного временного отрезка – с 20 по 31 августа.

Рапорт от 28 августа А.Избаш начинает с изложения причин кровавых столкновений, подчеркивая, что они не являлись банальной вспышкой гнева, а представляли собой «давнюю вражду между армянами и татарами (азербайджанцами – Ф.Д.), возникшую на экономической почве и несогласии мнений в отношении политического движения в России».

Кстати, вопреки всем оппозиционным тогдашнему политическому режиму силам, утверждавшим, что азербайджанцев и армян связывают крепкие узы дружбы и братства, а поссорила их царская администрация и полиция, А.Избаш, как и большинство официальных лиц Российской империи, вполне справедливо отмечал, что вражда между двумя народами имела глубокие корни.

Относительно несогласия мнений в отношении политического движения в России, А.Избаш констатировал, что армяне, в лице своих революционных партий и организаций задались целью отделиться от России, преследуя сепаратистские цели, организовывают анти-правительственные демонстрации, забастовки, вооруженное сопротивление полиции и войскам.

Что касается азербайджанцев, то они отказались примкнуть к террористической деятельности армян, что вызвало озлобленность последних. Каждый раз, когда межнациональные противоречия достигали своего пика, армяне вымещали всю свою злобу на азербайджанцах – главное препятствие для осуществления идеи «Великой Армении», выступали зачинщиками конфликта, впоследствии, однако, представляя себя жертвой.

Далее, переходя к изложению августовских беспорядков в городе, Бакинский полицмейстер отмечал, что события начались с забастовки служащих бакинской конки, преимущественно, армян. Неудовлетворенные отказом администрации выполнить их требования, армяне, подстрекаемые агитаторами левых партий, прибегли сначала к различного рода провокациям, а затем перешли к стрельбе из оружия по солдатам, заменившим их на конке.

Впоследствии армяне начали стрелять по азербайджанцам, врываться в квартиры и лавки мусульман, убивать их и грабить имущество. Балконы, окна, крыши многих домов, принадлежавших армянам, стали настоящими огневыми точками, откуда велась стрельба в прохожих мусульман, полицию и воинских чинов.

Факт начала августовской резни армянами подтверждается и другими источниками. Командир расквартированного в Баку 262-го пехотного резервного Сальянского полка, полковник Мечислав Вальтер констатировал: «По собранным сведениям, стрельбу начали армяне, и большинство жертв на улицах оказалось из персиян-чернорабочих.»

То же самое отмечал временно исполняющий обязанности Бакинского уездного начальника, поручик Хечинов: «Как видно из сведений по Биби-Эйбатскому полицейскому участку, почин к возникновению беспорядков, безусловно, принадлежит армянам, которые с самого начала приступили к обстреливанию лагеря единственной квартирующей на Биби-Эйбате воинской части – 2-й сотни 2-го Хоперского казачьего полка…».

В рапортах Бакинского полицмейстера А.Избаша содержатся весьма подробные сведения об обнаруженном в домах, из которых производилась стрельба, оружии, что позволяет представить масштабы подготовки армян к августовской резне и степень их оснащения в военном плане. В конце рапорта от 28 августа от руки сделана запись о том, что за время с 20 по 25 августа был убит 121, ранен 81 человек.

Ниже приведены тексты упомянутых документов. Орфография и стиль языка документов сохранены без изменений. В текст внесены только крайне необходимые поправки, не меняющие общего содержания и стиля изложения:

ДОКУМЕНТ 1

baku 1905 3

Министерство внутренних дел
Бакинский полицмейстер
28 августа 1905 г., № 823
Его Превосходительству господину
Временному Бакинскому Генерал-губернатору
Рапорт

Причина кровавых столкновений проживающих в Баку армян с местными татарами, начавшихся 20 сего августа, в 5 часов пополудни, и не прекратившаяся еще окончательно до сего времени, не представляет минутной вспышки гнева. Это давняя вражда, возникшая на экономической почве и несогласии мнений в отношении политического движения в России.

Печальные события 6-9 февраля сего года людьми известного направления объяснялись тонкой внутренней политикой высших административных учреждений; лживость этих объяснений настолько очевидна, что не требует особых доказательств.

Всем известно, что на Кавказе давно уже существует армянский революционный комитет, руководящий движением с сепаративными целями, армянского народа, главным образом, интеллигентной части его и рабочих; он выпускает свои противоправительственные прокламации, в коих, помимо порицания действий правительства, приглашает все народности Кавказа соединиться воедино для борьбы с правительством; этот же комитет является руководителем противоправительственных демонстраций, забастовок, вооруженных сопротивлений полиции и войскам.

Жертвой подобного движения были многие высокопоставлен-ные административные чины, как-то: Бакинский губернатор князь Накашидзе, Елисаветпольский губернатор статский советник Андреев и многие другие. В действительности, армяне преследуют исключительно свою узконациональную сепаративную идею – самостоятельность армянского народа. Местные мусульмане, однако, не прельщались соблазном обещаний революционных комитетов и остались верными заветам старины и все больше озлоблялись на армян, как на людей, неверных правительству. Известно, что армяне в высшей степени ловкие, предприимчивые, благодаря чему забрали в свои руки большую часть торговли и промышленности, отстранив, таким образом, от этого коренных жителей города – мусульман.

Действительно, большая часть предприятий по добыче нефти и выработке керосина, а также торговли, даже с Персией, находятся в руках армян; они действуют дружно, рука об руку между собой, не допуская других; мусульманам оставалось только завидовать пришельцам-армянам и, вполне естественно, что между этими двумя национальностями существует вражда, основанная, главным образом, на экономической почве.

Насколько нефтяная промышленность находится в зависимости от армян можно судить из того, что Совет Съезда нефтепромышленников, учреждение само по себе чрезвычайно важное и полезное в смысле упорядочения и поднятия этой промышленности, состоит почти исключительно из армян, вершающих судьбы десятков тысяч рабочих и промышленников других наций по своему усмотрению. Считая себя более культурным и богатым народом, армяне свысока и недоброжелательно относятся к мусульманам, а последние прекрасно сознают это.

После февральских событий злобное чувство татар к армянам и наоборот настолько усилилось, что ежеминутно можно было ожидать новых столкновений: видно было, что та-тары не верят армянам и наоборот. Нет сомнения, что административные меры временно сдерживали возможное столкновение между ними, но достаточно было малейшего повода, чтобы эти две национальности открыто пошли друг на друга.

Под впечатлением получавшихся в Баку известий о шушинских беспорядках, население, как армянское, так и мусульманское, было в сильно напряженном состоянии. Кроме этого, как одну их главных причин столкновений могу указать на то, что агитаторы различных русских и армянский социальных организаций желали воспользоваться народным бедствием и осуществить давно проектированную всеобщую забастовку на политической почве.

Под влиянием этих агитаций 17 авгу-ста забастовали служащие на Бакинской конно-железной дороге, состоящие преимущественно из армян. Когда требования служащих администрацией конки не были удовлетворены и все служащие были заменены нижними чинами, то забастовавшие, поддерживаемые агита-торами, стали всячески препятствовать движению конки по городу, как-то: переводили стрелки, на рельсах клали камни, петарды и проч. Но когда и эти препятствия были устранены разными соответствующими мерами, то служащие, оставшись не у дел, так как им уже был объявлен расчет, прибегли к стрельбе из оружия по нижним чинам, заменявших их.

Итак, 19 августа, около 5 часов вечера в районе 4-го участка произошла перестрелка между нижними чинами и служащими, обстреливавшими конку. Моментально по городу пронесся слух, что началась «резня». Достаточно было этого, чтобы давно готовое население как армянское, так и татарское стали на ноги, с оружием в руках, в ожидательном положении, что длилось ровно сутки. Как мусульмане, так и армяне ждали удобного момента, который представился лишь 20 августа, в 5 часов вечера, когда на Парапете, возле армянского собора был произведён из какого-то оружия оглушительный выстрел и в то же время в районе 4-го участка, на Телефонной улице началась учащенная стрельба из ружей и револьверов.

По добытым полицией сведениям, ход происшествий представляется в следующем виде:

19 августа, в 10 часов утра, с крыши дома Лалаева, что на Челяевской улице, неизвестно кем была брошена сделанная из клеенчатой бумазеи трубка, наполненная порохом; произошел взрыв и при том настолько сильный, что собрал громадную толпу волнующегося народа всех наций, удалить которых пришлось лишь после настоятельных требований полиции; несчастий с людьми не было. Того же числа, в 9 часов вечера, на Телефонной улице служащим конки ранена лошадь конно-железной дороги.

В тот же вечер, около 8 часов, неизвестный злоумышленник, встретив на Телефонной же улице городового 4-го участка с патрулем из 3-х солдат Дагестанского полка, произвел в них выстрел из револьвера, не причинив никакого вреда, и пустился бежать по Станиславской улице; на последней он встретил казака Хоперского полка и в него выстрелил, но также промахнулся. На выстрелы злоумышленника солдаты ответили тем же, и, по-видимому, ранили его в ногу; он успел, однако, скрыться.

20 числа, в 5 часов пополудни, на Парапете, возле армянского собора, неизвестным был произведен оглушительный выстрел, а спустя несколько минут, в районе 4-го полицейского участка с балконов, окон и крыш армяне открыли стрельбу из ружей и револьверов в бывших на улице мусульман, а в более отдаленных частях этого участка они вероломно врывались в квартиры и лавки мусульман и там убивали их, разграбляя имущество.

С этого момента по всему городу с необычайной силой открылась стрельба из ружей и револьверов, причем армяне стреляли почти исключительно из домов с балконов, окон, крыш и ворот. Татары же, группируясь по несколько человек, стреляли в случайно проходивших по улицам армян и в дома, из коих раздавались выстрелы. Не довольствуясь стрельбой, враждующие стороны стали поджигать дома и грабить лавки и квартиры. Полиция и войска, выбиваясь из сил, вели борьбу днем и ночью с целью прекращения беспорядков, нередки были случаи вооруженного столкновения с полицией и войсками.

Так, 22 числа, когда 3-я сотня Лабинского полка и взвод 6-й батареи, квартирующие близ пожарной команды, выехали в крепость, ввиду ожидавшегося повторения затихших было беспорядков, армяне из соседних домов: Аджи Багвинова, Минаса Ованесова, Ага Бала Керимова, Якова Александровича Мансветова, из духана в доме Калустова, вдовы Волгиной, Волоханова и Наджаф Кули открыли (это было около 9 часов вечера) сильный ружейный и револьверный огонь по парку 6-й батареи и помещению 3-й сотни Лабинского полка, где оставались лишь 18 казаков и несколько артиллерийских солдат, которые, в свою очередь, стали стрелять в вышеозначенные дома.

В момент выхода артиллерийских офицеров из находящейся там же их квартиры в них были направлены выстрелы армян, главным образом, из дома Якова Мансветова, не причинившие, однако, офицерам вреда, но зато были расстре-ляны окна и крыши квартиры батарейного командира. Около 10 часов вечера, по получению сведений об этой перестрелке, я совместно с командиром 3-й сотни и казаками прибыл к месту происшествия, но перестрелка уже стихла; были тотчас же окружены казаками дома Багвинова и Минаса Ованесова. На оклик мой и некоторых казаков с верхнего этажа дома Багвинова открыли частый огонь по нас, но они вскоре принуждены были замолчать, так как казаки в свою очередь открыли по армянам огонь. При осмотре домов оказалось, что все стрелявшие скрылись через окна и крыши соседних домов. Найдено 2 револьвера, 6 кинжалов, 100 патронов, гильзы от 3-х линейных винтовок, кистень и артиллерийская шашка.

Того же числа чинами 3-го полицейского участка задержаны: житель города Багирлы Леонид Давидович Хунцария, стрелявший в городового Кузякина, знак № 116, и патрульных солдат Сорокина и Антидзе; жители Дагестанской области Али Рамазан оглы, Абдул Гамза оглы, Мехти Магеррам оглы и Мамед Мамед оглы, стрелявшие в патруль 7-й роты Эриванского полка Фисенко, Саватина и Стрелкова; житель города Тифлиса Мкртыч Лазарев, подстрекавший патруль 5-й роты Эриванского полка к грабежу магазинов; житель города Елисаветполя Михаил Ованесович Маниянц, заподозренный в ношении бомбы. Кроме того, задержано 25 армян и 4 мусульманина, стрелявших из револьверов. Дело о всех этих лицах передано следственной власти.

В 4-м полицейском участке задержано на месте преступления 18 армян, грабивших татарские лавки: виновные переданы следственной власти. Зарегистрировано также 18 армянских домов, из коих с особой интенсивностью производилась стрельба в проходивших мусульман: 1) дом армянской церковной богадельни, 2) Осипова, 3) Межлумова, 4) Егисезарова, 5) Авакова, 6) Маилова, 7) Подваканова, 8) Ашумова, 9) Антонова, 10) Тагиева, 11) Гедакова, 12) Асадуллаева, 13) Адамова, 14) Парсегова, 15) Лазарева, 16) Микаелова, 17) Егиазарова и 18) Антонова; из дома армянской церковной богадельни и Микаелова стреляли даже в полицию и в военные патрули.

В доме Геодакова (№11) унтер-офицером Дагестанского полка Ткаченко совместно с другими солдатами задержано 47 армян, стрелявших из окон, балконов; при обыске найдено несколько ружей системы «Бердана», револьверов и много патронов; в домах Вартапетова и Мамед Ага Расулбекова также задержано 14 армян, стрелявших в окна и при обыске найдены ружья, револьверы и патроны; из дома Багирова, что на Красноводской улице, произведён выстрел в проходивших околоточных надзирателей 3-го участка Саканделидзе, Нерушенко и Нарежного; установить личность стрелявшего и задержать его не удалось.

Из дома Адамова, по Меркурьевской улице, с балкона стреляли в сторожа Портового Управления Савелия Мохнаткина, но промахнулись; из ворот магазина бр. Саркисовых, Мирзаянца и Барутчева и портерной «Сасун», помещавшихся в том же доме, производилась сильная стрельба, как и из магазина Авшарова, находящегося против дома Адамова. Близ почтовой конторы между нижними чинами и армянами произошла перестрелка, вызванная последними по тому случаю, что солдаты хотели тушить горящие дрова Садыхова, Лютфалиева и др., зажженные ими во время этой перестрелки. Убито трое армян, один грузин и ранен один армянин, задержано шесть стрелявших армян, два поджигавших и три грабивших вещи в персидской лавке. Дело передано следственной власти.

На Большой Морской улице задержан стрелявший армянин с револьвером в руках; он предложил городовому Сидору Кирюшкину в дар 10 рублей за то, чтобы отпустить его, но он не соблазнился деньгами и доставил в участок как армянина, так и врученные ему 10 рублей.

В доме Маилова, по Набережной Императора Александра II полицией задержаны за стрельбу Томас Осипович Томасов, Агабек Паронянц, Гарегин Давидов оглы и Матвей Ога-незович Назаров, а в доме Арамянца – Аветис Саркисович Петросов и Маркар Степанович Гандахсазов; все эти лица заключены в тюрьму. На Кубинской улице мусульманами сожжен дом околоточного надзирателя Маркарова, в его отсутствие. По заявлению Маркарова, еще до пожара дом был разграблен татарами и при этом похищено 600 рублей городских денег (он производит взыскания городских денег). Убытки определяет в 15000 рублей.

На углу 1-й Параллельной и Шахской улиц, между находившейся в заставе 7-й роты Сальянского полка и мусульманами произошла перестрелка, во время которой ранены ефрейтор Мордко Беленский, контужен рядовой Исай Лукьяненко и убит случайно проходивший дворянин Александр Полубояринов, служивший писцом в 3-м полицейском участке. На Спасской улице найден убитым пулей в грудь околоточный надзиратель Тлашидзе, с которого была снята верхняя одежда; по-видимому, они привезен сюда из другого места.

В ночь на 27 число обход, состоящий из временно исполняющего дела помощника пристава Степанова, околоточных надзирателей Герасимчика и Дзидзигури, городового Кузнецова и нижних чинов 6-й роты Эриванского полка унтер-офицера Антона Малонашвили, рядовых Самсона Филария, Сергея Воголадзе и Сальянского полка Антона Веденского и Моисея Башкирова, подходя к дому Шахвердова, по Сураханской улице, встречен с северной стороны выстрелами с крыш и окон ближних домов, почему обход, обстреливаясь, отошел от этого места, заметив отличавшийся усиленной стрельбой дом Алиева. Одновременно с сим с северной стороны произведено залпами в помещение 3-го полицейского участка до 100 выстрелов; находившийся при участке обход от 6-й же роты Эриванского полка ответил тем же. В проходивший по Балаханской улице обход нижних чинов произведено несколько выстрелов.

Приблизительно через час после стрельбы из дома Алиева и соседних домов в обход-ных нижних чинов и полицию прибыла рота солдат с начальником гарнизона, полковником Вальтером во главе и орудием, из коего был обстрелян дом Алиева; убит племянник домовладельца Салман Алиева, сгоревший вместе с домом. На углу Армянской и Балаханской улиц в обход от Сальянского полка стреляли с восточной стороны Армянской улицы; обход ответил тем же; перестрелка очень скоро прекратилась. На углу Карантинной и Большой Морской околоточные надзиратели 3-го участка Нерушенко и Дзидзигури заметили небольшую толпу армян; поравнявшись с армянами, один из них выделился и, обращаясь к Дзидзигури, сказал: «А мы вам покажем», а Нерушенко сказал: «А вам тоже». Задержать его не удалось.

На Телефонной улице в бакалейную лавку Джафара Мир Баба оглы забрались, сломав замок, два армянина с целью грабежа; заметив, что к лавке подходит помощник пристава Лазарев с обходными солдатами, злоумышленники стали в них стрелять из револьверов, но одного из них удалось задержать, а другой успел скрыться. Задержанный оказался Артемом Симонянцем. Дело передано следователю.

Урядником 1-й сотни Лабинского полка Аленовым с чинами полиции 4-го участка задержан армянин Николай Григорьевич Акопов, покушавшийся со своими товарищами ограбить вещи Ахмеда Багирова, везущего их на арбе из Балаханов. Задержан полицией армянин Месрай Саркисов, покушавшийся ограбить лавку перса Ахундова.

Из дома бр. Филипосянц, по Карантинной улице, с самого возникновения беспорядков производилась армянами стрельба из ружей и револьверов в прохожих мусульман, полицию и воинских чинов и, несмотря на принимавшиеся меры, прекратить таковую не удалось. Тогда к дому этому доставлено было орудие, сделано три выстрела, коими попорчены стены и разрушена часть крыши, после чего стрельба прекратилась и более не повторялась. Стре-лявших на улице армян полицией и воинскими чинами задержано 7 человек: 1) Хачатур Крикорович Терунец, 2) Владимир Харитонович Патакон, 3) Саркис Погосович Агамалов, 4) Макар Манукович Балаянц, 5) Кеворк Авакович Оганезов, 6) Хуршид Хачатурович Арутюнов и 7) Дурмыш Мирзабекович Осипов.

На углу Большой Морской и Меркурьевской улиц задержан с револьвером в руках си-стемы «Смит и Вессон» персидско-подданный Мешади Усейн Ага оглы, имеющий в Баку собственный дом, бежавший по направлению к пристани Восточного пароходного общества. По его заявлению, он спасался от выстрелов, производившихся вокруг. Задержан также с револьвером в руках житель города Нухи Леон Степанов и житель города Шуши Владимир Гаргатов. Разрешения на право ношения оружия никто из них не имеет.

Начальником Торгового порта, капитаном 2-го ранга Михайловым были замечены 25 числа в море две лодки с людьми, направлявшиеся в город со стороны Зыха; подойдя к лодкам на баркасе он хотел взять их на буксир, но мусульмане, сидевшие в лодках, стали угрожать оружием, после чего капитан Михайлов с помощью матросов с транспорта «Аракс» задержали всех мусульман – 40 человек. Почти все они хорошо были вооружены. Оружие отобрано.

Из дома Багирова, по Красноводской улице, 25 числа армяне стреляли в военный патруль. Дом был обстрелян последним. Того же числа из домов Адамова и Татосова стреляли во временно исполняющего делами помощника полицмейстера, губернского секретаря Гречкина и околоточных надзирателей Нерушенко, Саканделидзе и Дзидзигури, производивших осмотр дома первого. Дома обстреляны были войсками.

27 числа полицией осмотрены в доме №10, по Татарской улице, квартиры шушинских жителей: Григория Абрамовича Айрапетова, Вагана Минахорова и Шахназара Саркисовича Шахназарова. У первых двух найдены по револьверу системы «Маузер» и системы «Смит и Вессон», а у последнего 10 ящиков шрифта на русском и армянском языках. Шахназаров представил свидетельство бывшего губернатора, генерал-лейтенанта Одинцова на право приобретения шрифта. Составленный по сему делу протокол со шрифтом препровожден в Бакинское Губернское Жандармское Управление 21 августа, около 4 часов утра, ранен выстрелом из огнестрельного оружия в левую руку выше локтя пристав 3-го участка князь Нижерадзе.

При этом докладываю, что лично я, будучи в сопровождении 2-3 казаков Лабинского полка, подвергся обстреливанию со стороны злоумышленников 4 раза: 1) 22 августа около 12 часов ночи на углу Вокзальной и Торговой улиц при возвращении после перестрелки со злоумышленниками, обстреливавшими казармы 3-й сотни Лабинского полка и двор батареи, причем пуля злоумышленника обожгла седло моей лошади; 2) 24 августа около 6 часов вечера после навещания мною раненого пристава кн. Нижерадзе, около 3-го полицейского участка; 3) 25 августа около 9 часов вечера на Николаевской улице около дома Арутчева, когда я отправлялся в Чемберекенд для предупреждения якобы готовившегося там поджога дома Пирбудагова; 4) 26 августа около 1 часа ночи при ночном объезде города на Телефонной улице. Благодаря лишь случайностям, а также отсутствия освещения на улицах, направленные в меня и в сопровождавших казаков, выстрелы не попадали.

Об изложенном имею честь донести Вашему Превосходительству.

ДОКУМЕНТ 2

baku 1905 2

Министерство внутренних дел
Бакинский полицмейстер
31 августа 1905 г., № 821
Его Превосходительству господину
Временному Бакинскому Генерал-губернатору
Рапорт

Представляя при сем в дополнение к рапорту от 28 сего августа за № 823, ведомость о происшествиях в городе с 27 по 31 августа, имею честь донести Вашему Превосходительству, что 27 числа из дома Елисаветы Исаковны Акоповой, по Магазинной улице, стреляли в проходящих мусульман, чему был свидетель капитан Дагестанского полка Фомин и др., ранен один мусульманин, неизвестно куда скрывшийся; установить его личность не удалось.

При осмотре комнаты этого дома, из которой имеется ход на балкон, в ней был обнаружен житель села Игдырь Сурмалинского уезда Эриванской губернии Кеган Мурадович Рштуни, совершенно отрицавший стрельбу из дома, как и владелица его Акопова. Из числа стрелявших армян и носивших оружие полицией задержано в районе 4-го полицейского участка 61 человек, которые помещены в арестный дом, на основании 257 ст. Уст. Угол. Суд., впредь до особых распоряжений.

Ввиду сделанного заявления служащим в управлении торгового флота Мохнаткиным о том, что из дома Адамова, по Меркурьевской улице, в него произведен был выстрел и что таковые производились также из ворот того же дома, полицией осмотрена, по указанию Мохнаткина, квартира, из которой раздался в него выстрел, оказавшаяся принадлежащей присяжному поверенному Тер-Осипову. В ней найдено несколько армян, но оружия не обнаружено. Во дворницкой этого дома, где было несколько посторонних армян, у дворника, жителя села Мазры Зангезурского уезда Погоса Александровича Петросяна под постелью найдены два патронташа с 18 обоймами к 3-х линейным винтовкам с 87 патронами, большой кинжал и бейбут; по заявлению этих армян, предметы эти не их и им неизвестно кому принадлежат. Из предъявленных Мохнаткину вышеозначенных лиц он никого не признал за стрелявшего в него.

Произведен также обыск ротмистром Бакинского Губернского Жандармского Управления в присутствии пристава 1-го участка Уланова и подпоручика Сальянского полка Тайсман оглы в жилых помещениях и подвалах дома Амбарцума Меликова, на Набережной, но никакого огнестрельного оружия и припасов к нему не обнаружено, кроме одного револьвера у шушинского жителя Татоса Осиповича Томасова. Осмотр квартиры Меликова отложен до приезда из Тифлиса управляющего домом Калантарова; установлена военная охрана квартиры.

В ночь на 31 августа армяне покушались на грабеж лавки персидско-подданного Мамед Рзы Рагимова, на 2-й Канитапинской улице, но вовремя были замечены штабс-капитаном Фоминым с обходными солдатами. Один из грабителей Хачатур Мелконович Агаджанянц задержан. При обыске названным штабс-капитаном Фоминым в доме Тер-Карапетова на крыше такового найдены 2 револьвера казенного образца и мешок с патронами; внутри дома – у Оганянца, Арутюнова, Туманянца, Бабаева, Мартиросова и Костанянца найдены и отобраны заряженные револьверы, а также найдено у двух армянок по револьверу с патронташами и много патронов в разных местах квартиры.

По указанию разъездных казаков, поручиком Самурского полка Хосровяном и приставом 5-го участка Прокоповичем произведен обыск на заводах Тараева и Саруханова, в коих найдено: три казенные винтовки и к ним патроны, несколько револьверов и два ружья систе-мы «Бердана». Задержаны, впредь до особых распоряжений: управляющий заводом Хачатур Гаврилович Тер-Петросов, Аветис Каспарович Айвазянц, Ованес Степанович Апресов, Аршак Сулейманович Осипов и Мосес Александрович Петросянц.

По материалам вестника Национальной Академии Наук Азербайджана