Интервью

Шевченко на «Эхо Москвы» защитил позицию Азербайджана: «Иногда народы берут историю в свои руки»

Журналист Максим Шевченко стал гостем программы «Особое мнение» на радио «Эхо Москвы», где обсуждалось обострение в Карабахе. «Минвал» публикует интервью Шевченко без сокращений и изменений.

А.Соломин ― Максим, вы в своем Телеграм-канале «Макс атакует» написали не так давно очень короткую фразу: «Конец близок». Что вы имеете в виду?

М.Шевченко― Мне кажется, что просто посыпалась вся система отношений политических в мире. Дебаты Трампа и Байдена произвели на меня неизгладимое впечатление. «Щенок Путина…», «Да ты заткнись…». Если в ведущей стране мира, которая обладает неимоверными возможностями по принуждению всего остального человечества, самые могущественные люди так себя ведут публично, то это может быть только, знаете, как в фильме «Интервенция» знаменитом с Владимиром Высоцкий. Мировая элита готовится к перезагрузке или к эвакуации.

Ну, и в России тоже, мне кажется, вся эта ситуация с Навальным, беспомощность путинского окружения пропагандистского объясниться по этой теме. Все эти достаточно громкие и скандальные заявления Вячеслава Володина, все эти разговоры с Макроном — это все выдает какую-то не системность, не единую стратегическую линию, а как будто-то какую-то импровизацию. А импровизация на политическом уровне — это один из признаков конца.

А.Соломин― То есть это хаос. Мировая элита, вы говорите, готовится к эвакуации. Куда она может эвакуироваться?

М.Шевченко― Я не знаю. Очевидно, в еще больший хаос. Эвакуация — это же не всегда переезд с места на место. Зачастую эвакуация — это эвакуация такая ментальная, психологическая, знаете…

А.Соломин― Внутренняя эвакуация.

М.Шевченко― Ну, внутренняя эвакуация. Перезагрузка, пересмотр стратегии. Вот очевидно, что мировой жандарм ушел из этого мира. Он занят сейчас своими проблемами, он переругивается между собой. Большого папочки нету, поэтому все сейчас друг на друга посматривают: Россия на Турцию, Турция на Россию. Германия — на Россию. Все центры силы, по крайней мере , в западном полушарии, приготовились к тому, чтобы начать такое империалистическое толковище до кровянки, до победы, или до уничтожения своего противника. Пока все играют шахматную игру такую.

А.Соломин― Давайте по порядку разберемся тогда. С Карабаха начнем. Потому что ситуация развивается за последнюю неделю. Это настоящая война. И хотелось бы услышать вашу оценку. Все-таки пока мировой жандарм занят своими проблемами, кто в итоге развязывает такие конфликты?

М.Шевченко― Конфликт существует. Его трудно называть развязываемым. Развязан он был в 89-м году. И в 93-м году армянские войска захватили эти 7 районов за пределами Нагорного Карабаха. Поэтому сейчас война ведется на оккупированной территории Азербайджана по большому счету. Она даже ведется не на территории Нагорно-Карабахской автономной области или Нагорно-Карабахской республики, если угодно.

А.Соломин― Но Степанакерт там тоже обстреливают.

М.Шевченко― О чем напомнил журналистам «Эха» Алексей Алексеевич Венедиктов в своем Телеграм-канале, что есть как минимум три составляющих конфликта. За что спасибо Алексею Алексеевичу. Он, вообще, напоминает журналистам о необходимости точности в таком вопросе. На данный момент боевые действия ведутся на территории так называемой зоны безопасности, как говорят власти непризнанной Нагорно-Карабахской республики, а именно не территории 7 оккупированных районов Азербайджана, которые всеми мировыми документами — ООН, ПАСЕ — признаются оккупированной территорией Азербайджана. И в целом, какое было решение, чтобы эти районы перестали быть оккупированными? Об этом вел переговоры Гейдар Алиев с Левоном Тер-Петросяном. Об этом вел переговоры Ильхам Алиев с Кочаряном, с Саргсяном. Последовательно все вели переговоры. Последняя дискуссия Ильхама Алиева с Пашиняном, которую я наблюдал, была в Мюнхене на саммите по безопасности, где Пашинян говорил, что, опираясь на Геродота, Плиния и на древних историков, армяне имеют право на эту территорию, а Ильхам Алиев апеллировал к международному праву и к общепризнанному суверенитету и границам государств.

Поэтому я считаю, что война была всегда. Даже если ее не было, она была всегда. С какой стати азербайджанский народ должен был смириться с тем, что миллион азербайджанцев изгнаны с этих территорий, территории оккупированы?.. Там ведь не живут армяне. Армяне живут в Нагорном Карабахе. И Нагорный Карабах, собственно, всегда выносился в отдельную статью этих переговоров: Сначала вы уходите из 7 районов, потом мы обсуждаем статус Нагорного Карабаха.

Собственно, вокруг этого второго этапа всегда и велась торговля. Либо земля в обмен на мир, либо земля в обмен статус отложенный, либо земля в обмен на признание суверенитета. Здесь три позиции всегда были в нагорно-карабахском конфликте. Но так как за 30 лет ничего не сдвинулось с места, азербайджанцы потребовали от своей власти, от Баку вернуть эти районы. Если не получается вернуть дипломатическим путем, мирным, очевидно, что это бесконечная говорильня, то тогда просто сейчас война. Люди тоже истощены и понять их можно совершенно. Хотя война — это, конечно, худшее из возможных решений, но иногда возникают ситуации, когда просто других решений не предоставляет эпоха.

И, к сожалению, я думаю, да, если бы Америка был сегодня сильной, если бы она была Great Again, как обещал Трамп, то я не думаю, что эта война бы началась в таком формате. Но так как сегодня в мире образовался некий вакуум большого начальника — его просто нету, большого начальника, — все решили решить свое вопросы, пока это возможно.

Но армяно-азербайджанский конфликт — это только первый уровень. Если подняться на следующий уровень, там гораздо шире можно рассмотреть, что происходит.

А.Соломин― Мы сейчас до этого тоже дойдем. Но есть одна проблема. Это связано с тем, что Азербайджан в отношении Армении не формулирует это требование сейчас. Речь идет о том, что Азербайджан считает это ответом на некоторые провокации, как они говорят со стороны армянской.

М.Шевченко― С чего вы взяли, что Азербайджан не формулирует эти требования, когда они ясно прозвучали в заявлении президента Ильхама Алиева, в заявлении министра иностранных дел Байрамова о том, что «уйдите из этих 7 районов — и будет мир, и дальше мы начнем переговоры о Карабахе».

Да, азербайджанцы всё это называют оккупированными территориями, в том числе, и Нагорный Карабах. Но дипломатически Азербайджан всегда был готов разделить оккупацию 7 районов, включая Лачинский коридор между Нагорным Карабахом и территорией Армении и обсуждение статуса Нагорного Карабаха. По этому поводу есть разные мнения, но там, по крайней мере, не на грани войны было.

Но какое правительство может объясняться со своим народом, когда правительство ведет переговоры, а народ видит, что одновременно ничего не происходит. Плюс народ слышит выступления Пашиняна. Пашинян, выступая, просто говорит, допустим, в интервью ВВС в программе Hard Talk — это было летом этого года, — когда его оборвали даже: «Тысячелетняя история армянского народа даем ему право на эти земли». Его ведущий ВВС перебивает: «Как в современном мире можно ссылаться на тысячелетнюю историю»? В современном мире есть суверенитет и международное право. Причем тут тысячелетняя история? Он выглядит как школьник просто. Поэтому эти провокационные речи неквалифицированного политика, я считаю, подожгли эту войну.

Азербайджан всё слышал. Там прекрасно владеют русским языком. Читает по-русски интеллигенция азербайджанская, вся читает на русской, на английском, на немецком многие и так далее.

Я считаю, что вот это подожгло ситуацию. Плюс к этому есть еще моменты, которые, может быть, обсудим после перерыва.

А.Соломин― По Карабаху тогда лучше сейчас. Но я хотел уточнить все-таки у вас. Вы говорите, Пашинян говорит о праве тысячелетнем на эти территории.

М.Шевченко― Да, которое основывается на тысячелетней истории, Геродоте, Плинии и Тигране II.

А.Соломин― Да, но ситуация, при которой гибнут мирные жители — а это именно такая ситуация…

М.Шевченко― Но мирные жители в основном азербайджанские, потому что на территории оккупированных районов мирных армянских жителей с трудом можно найти, потому что там военные формирования.

А.Соломин― Армения утверждает, что страдают люди и в Нагорном Карабахе, потому что обстрелу подвергается и Степанакерт, в том числе.

М.Шевченко― Ну, это пока, мягко выражаясь, не так уж сильно зафиксировано — про обстрелы Степанакерта. Беспилотники над ним летали. Да. Но бои ведутся на территории Физулинского района, Агдамского района и так далее. Там нет никаких мирных жителей. Там не живет армянское гражданское население. Там находятся только военные инфраструктурные объекты. Там ведется война. И речь идет в основном об этом районах.

А.Соломин― Давайте уточним вашу позицию. Имеет ли Азербайджан моральное право сейчас вести наступательные военные действия?

М.Шевченко― А у кого сомнения в этом праве любого народа освобождать свою территорию от иностранной оккупации?

А.Соломин― Мне кажется, в XXI веке уже так вопросы не решаются.

М.Шевченко― Да? То есть даже в XXI веке можно решать вопросы, что оккупация длится бесконечно, потом оккупация становится зафиксированной, и миллион человек, который подвергся этнической чистке, были изгнаны из этих районов Азербайджана должны смириться просто с тем, что в XXI веке какие-то дяденьки и тетеньки будут где-то заседать, а они должны просто где-то ждать, пока эти дяденьки и тетеньки, сладко живя где-нибудь в Брюсселе, Берлине или где-нибудь еще, решат их судьбу. Иногда народы берут историю в свои руки.

А.Соломин― Но есть же примеры, когда мировое сообщество…

М.Шевченко― Да, приведите такой пример, когда мировое сообщество достигло какого-то справедливого решения. Приведите такой пример.

А.Соломин― Справедливого решения или решения, которое всем понравится, точно, наверное, не будет.

М.Шевченко― Когда мировое сообщество заставило какое-либо государство-агрессор оставить оккупированные территории и вернуть на эти территории тех людей или их потомков, которые были изгнаны. У вас есть пример палестинского народа, который уже изгнан, и уже скоро 70 лет с лишним не может вернуться на те земли, откуда палестинцы были изгнаны и которые заселены беженцами, приезжими из Советского Союза, из Европы, которые вообще не имел отношения к Ближнему Востоку.

Ну, ладно, палестинский вопрос — там хоть какие-то шаги были: Осло, Мадрид, спасибо Ицхаку Рабину, убитому, спасибо Ясиру Арафату, говорят, тоже убитому ядами. Но здесь-то, как говорится, тоже надо 70–80 лет, что ли, ждать?

Мне кажется, что все предложения были сделаны. Была платформа Медведева, Минская платформа. Были все предложения сделаны. Гейдар Алиев говорил Левону Тер-Петросяну: «7 районов отдаете, Карабах обсудим потом. Трубу поведем через Армению: Баку — Джейхан». Это Москва сорвала.

Я вообще считаю, что, конечно, роль Москвы во всей этой ситуации достаточно любопытная. Ее надо бы отдельно обсуждать.

А.Соломин― А вот давайте о ней и поговорим. Смотрите, вот Михаил Шевелев, журналист бывший «Московских новостей», военный корреспондент в прошлом, он в своем Фейсбуке высказывает версию о том, что поводом-то могла стать вовсе даже не эта долгая оккупация, о которой вы говорите и не проблемы территориальные, а речь идет о газопроводе. Июльские события произошли в нетрадиционном месте, но важном — в зоне пролегания газопровода, соединяющего Азербайджан и Турцию. Сентябрьские — где обычно, но в небывалых масштабах. В этой географии, в этом масштабе есть все отгадки.

М.Шевченко― Ну, отгадки есть только в том, что, возможно, Азербайджан подозревал, что армянское наступление будет вновь в Товузском районе, где на самом деле узкий перешеек — мы об этом говорили еще в июне месяц, — и где, собственно, Баку — Джейхан важнейшая инфраструктура энергетическая простреливается из обычной полевой гаубицы. Ее можно было уничтожить. И, возможно, азербайджанцы как бы решили, что ужасное решение лучше, чем ужас без конца. Потому что ожидать постоянно, как им показали в июне, что вот сейчас вас могут вообще выкинуть из мировой экономики, мировой политики — это, конечно, тоже было тяжелое решение.

Но я считаю, что виновниками этой войны являются те державы, которые обещали Армении и Азербайджану, азербайджанскому и армянскому народу помочь в решении этого вопроса, и палец о палец не ударили для этой помощи.

И первый виновник — это Российская Федерация в этом вопросе, которая брала на себя огромные полномочия, и могла, обладая абсолютно эксклюзивными связями и с Ереваном и с Баку, давно этот вопрос решить. Но не делали этого.

Вот у нас часто критикуют Ленина, Сталина — они, мол, такие плохие. Ленинская политика, по мнению Путина» была какая-то ужасная, однако в 1921 году по распоряжению Ленина был заключен Карский мирный договор, который до сих пор, между прочим, является актуальным, который никто не упразднял, которому обеспечены гарантии Батуми, обеспечены суверенитет и территориальная целостность Нахичеванской автономной республики, теперь уже части Азербайджанской республики и так далее. Причем тогда дипломаты смогли в ситуации практически Гражданской войны за короткий срок нашли политическое решение, которое сто лет простояло.

У нас часто большевиков любят называть какими-то разбойниками. Но выясняется, что они-то были интеллектуалы, дипломаты и выдающиеся политики…

А.Соломин― Разные люди были среди большевиков.

М.Шевченко― А современные, надувающие щеки политиканы, ничего не могут сделать, никаких решений не предлагают.

А.Соломин― Это специально?

М.Шевченко― Конечно, я думаю, специально, потому что они на самом деле используют, стравливая народы азербайджанский и армянский, для своих интересов. Сейчас, допустим, идет такая шахматная партия, знаете, такой сюрпляс — как на велотреке бывает, когда велосипедисты замирают в таких позах: кто первый сделает движение, тот и проиграл — между Турцией и Россией. Россия хочет вместе с Арменией Турцию туда втянуть всеми силами в эту войну, чтобы турки там увязи коготками, потом по локоть увязли…

А.Соломин― Да и Турция вроде не против.

М.Шевченко― Очень даже против. Вы глубоко заблуждаетесь.

А.Соломин― Все публичные заявления идут в русле: «Мы готовы оказать помощь, в том числе, военную помощь».

М.Шевченко― Одно дело — заявления, а другое дело реальная война. Для турок ситуация очень хрупкая. Достаточно боевых действий… вот армяне перенесут боевые действия на территорию Нахичевани, например, завтра — и Турция, согласно тому же Карскому договору, согласно которому она является гарантом Нахичевани, обязаны туда будет войти войсками, вмешаться в это во все. Это уже совсем другое геополитическое измерение.

И с точки зрения России то же самое. Реально перенесется война на территории Армении — и Россия уже согласно ОДКБ должна будет в Армении пробивать коридор. Нам это всем надо? Нет, не надо. Поэтому, к сожалению, сегодня льется кровь армянского и азербайджанского народа на поле боя.

А.Соломин― Мы сделаем перерыв для новостей, потом продолжим обсуждать эту тему

А.Соломин― 19 часов, 34 минуты. В эфире программа «Особое мнение». Яндекс.Эфир, YouTube-канал «Эхо Москвы» и, собственно, радиоэфир. Меня зовут Алексей Соломин. И наш гость Максим Шевченко. Мы подробно говорим о Карабахе, потому что Максим Леонардович много этим занимается и много об этом пишет. И продолжим немного еще эту тему.

Вот вы говорили про Турцию и про Россию как о теневых игроках. Но Турция все-таки не совсем теневой, она публичная…

М.Шевченко― И Россия тоже не совсем теневой.

А.Соломин― А вот Россия — другая история совсем.

М.Шевченко― Почему это Россия совсем другая история? Россия поставила Армении очень мощное наступательное вооружение тактического уровня.

А.Соломин― Но публично держит нейтралитет.

М.Шевченко― Серьезно? А «Искандеры», которые являются тактическим оружием, кто им поставил? Сьерра-Леоне, что ли?

А.Соломин― А с Азербайджаном Россия не торгует оружием?

М.Шевченко― Не такими ракетами как «Искандер». Система «Искандер» способна нанести удар по важнейшим коммуникациям на территории Азербайджана. И угрозы тут звучали с армянской стороны нанести удары «Искандерами» — это же не по пехотинцам и не по танкам будет удар, а, допустим, по водохранилищу, которая недалеко находится в Товузском районе, и миллионы тонн воды могут просто рухнуть на азербайджанские территории.

«Искандер» нужен для того, чтобы спровоцировать экологическую катастрофу. По нефтепереработке — чтобы загорелись нефтяные или газовые скважины на Каспийском море азербайджанские. Вот для чего нужен «Искандер».

Плюс в Армении есть Су-30м, 4 штурмовика суперсовременных, против которых, я думаю, системы ПВО Азербайджана не будут столь эффективны, как против СУ-25. МиГ-29 азербайджанские тут тоже мало чем помогут. Поэтому разговор идет постоянно про F-16. Вот F-16 справится с Су-30м, а МиГ-29 уже не справится.

Поэтому, я думаю, что там Россия очень даже серьезно присутствует. Сейчас, конечно, мне понятны, скажем так, прикладные задачи, которые там решает Москва — это убрать Пашиняна, вернуть Кочаряна. Некоторые полагают, что с приходом Кочаряна, мол, война прекратится. А я считаю, что война с утроенной силой, наоборот, возобновится и продолжится. Потому что каким образом Кочарян, который ассоциируется с сильной политикой, с историей суверенитета Нагорного Карабаха вдруг заключит мир? И отдаст Азербайджану территории, которые они освободили, что ли? Я думаю. что это не так.

Поэтому Россия и Турция пытаются втянуть друг друга в большую войну. Вот кто-то первый, как говорится, в этом сюрплясе двинется и втянется в войну, тот и проиграл. Потому что и для России и для Турции эта карабахская война будет болотом, из которого выбраться уже будет невозможно.

А.Соломин― Максим Леонардович, если я правильно понял из первой части нашей беседы, вы все-таки говорите о справедливости требований Азербайджана к этим 7 районам.

М.Шевченко― Я хочу, чтобы меня правильно поняли. Я также считаю справедливым требование армян учитывать их статус, их право жить и право на Нагорный Карабах.

А.Соломин― Я хотел спросить у вас: а Карабах-то чей?

М.Шевченко― Карабах — тех людей, кто в нем живет. Но при ситуации, когда оттуда выгнаны азербайджанцы, которые там составляли на 90-й год порядка 30%, а кто-то говорит, что больше — до 40%, то о какой справедливости может идти речь?

Я же участвовал в армяно-азербайджанском диалоге гуманитарном и был в Нагорном Карабахе и в Шуше и в Степанакерте с ведома Министерства иностранных дела Азербайджана, Министерства иностранных дел Армении. По-моему, 8-й год, что ли, или 9-й год. И мы организовывали диалоги, коммуникации между армянской и азербайджанской интеллигенцией, помогали матерям из Азербайджана приехать на могилы их погибших сыновей. И тогда казалось, что всё возможно. Карабахские армяне говорили: «Да мы готовы тут жить совместно. Да, суверенитет не отдадим, это надо обсуждать. Во всем остальном мы хотим мира».

Все хотели мира, и вот это пришло к тому, что мы сейчас видим. Поэтому, конечно, я хочу, чтобы меня правильно поняли. Я считаю, что в современном мире не может быть никакого этнического доминирования — ни армянского, ни азербайджанского. Должно быть соблюдено гражданское право. И нам ли, россиянам этого не хотеть? Если мы в России, как российская власть часто нас науськивает: «Русские за русских», начнем делить народы на тех, кто имеет большее право здесь жить и меньшее право здесь жить, то во что превратит это Российскую Федерацию?

Российская власть, Кремль своей национальной политикой безумной внутри страны, уничтожением федерализма на самом деле потакал всегда этому конфликту. Этот конфликт, очевидно, влиял на позиции Кремля. Русский мир и вот это всё чем отличается от пантюркизма? Вот там пантюркизм. Здесь панрусизм, понимаете. Тут панармянизм. А людям-то что делать? Мы хотим жить в XXI веке. Рядом с нами Евросоюз, где немцы, французы, итальянцы, которые воевали друг с другом бесконечно сотни лет, — сейчас кто-то там думает о войне, что ли? Там неприлично поднимать вопросы этнического доминирования.

А.Соломин― Это неприлично стало после определенного, извините, военного…

М.Шевченко― А вы хотите, чтобы у нас тоже дошло до такого, что ли, до 45-го года? Да, 45-й год, после Второй мировой войны стало неприлично. Что, опыт Второй мировой войны заканчивается на западных границах СССР? В СССР это тоже было неприлично. А теперь это, очевидно, прилично. Когда премьер-министр говорит, что тысячелетняя история дает больше прав тем народом… «Вас не было здесь во времена Геродота» — это что за позиция такая в современном мире? Это варварство, Алексей — варварство.

А.Соломин― Это ваша оценка.

М.Шевченко― И очень горько, что это варварство звучит из уст представителей народов, которые претендуют на то, чтобы быть чуть ли не самыми культурными на земле. А это самое дикое варварство и архаика. Этому не место в цивилизованном человечестве.

А.Соломин― Максим Леонардович, хочу уточнить. Если вы поддерживаете военную кампанию Азербайджана…

М.Шевченко― Я не поддерживаю военную кампанию…

А.Соломин― Но это следует из ваших слов. Уточните тогда.

М.Шевченко― Если Азербайджан имеет право на освобождение своих территорий — это не значит, что я считаю, что это право должно быть реализовано обязательно в виде войны. Война — это уже, как говорится, произошла тогда, когда всё остальные механизмы были разрушены. Казалось бы, вот у вас еще недавно было всё нормально. Президент Турции Гюль приезжал в Ереван. И на стадионе сидел, ему аплодировали. Казалось бы, вот-вот, два шага — и все границы откроются.

А сейчас мы обсуждаем с вами что? Мы обсуждаем какие-то жуткие реалии. И война, поверьте, будет только усиливаться.

А.Соломин― Наши слушатели в чате очень много напоминают о Крыме.

М.Шевченко― Я согласен абсолютно. Я считаю, что крымской ситуацией, крымской коллизией, которая все-таки несколько отличается, поскольку из Крыма никто не выгонял коренное население, никто не выгонял ни украинцев, ни крымских татар, а азербайджанцев изгнали с оккупированной территории… Поэтому тут есть как бы дипломатическая параллель, но нету абсолютной параллели.

А.Соломин― Ну, знаете. все-таки украинцы, которые были в Крыму при виде военных российских, в общем-то, не ощущали себя перед выбором.

М.Шевченко― А что, украинцев кто-то преследовал, сжигали дома их? Может быть, нечто подобное Ходжалы было в Крыму? Я считаю это сравнение просто некорректным.

А.Соломин― А уголовные дела, которые заводились на крымских татар по обвинению в экстремизме.

М.Шевченко― Это другой вопрос. Это я никогда не поддерживал. Я это всегда осуждал. Более того, всегда выступал общественным свидетелем со стороны защиты на одном из процессов крымско-татарских активистов. Это другой вопрос совсем. Но этнических чисток в Крыму не было. В Крыму не было изгнания населения. В Крыму три языка являются государственными: русский, украинский и крымско-татарский.

А.Соломин― Я хочу вас спросить: вот если Азербайджан имеет право на возвращение территорий…

М.Шевченко― Но в чем вы правы — то, что Россия открыла этот ящик Пандоры всеми этими разговорами про то, что украинцев нету, а украинцы — это недоделанные русские, белорусы — это тоже недоделанные русские, которые просто не понимают, что они русские. Там везде русские живут на Донбассе, хотя на Донбассе живут греки, армяне, евреи, украинцы и так далее. Но они там все русские, по мнению Путина.

Конечно, сама Россия открыла этот коридор возможностей для этого всего.

А.Соломин― Роман спрашивает: «А имеет ли право Украина?»

М.Шевченко― На что?

А.Соломин― На возвращение этих территорий?

М.Шевченко― Ну, конечно, имеет. Все имеют право на возвращение территорий.

А.Соломин― Вот смотрите, инструментов нет, потому что Россия эти территории не отдаст, добровольно во всяком случае.

М.Шевченко― Россия их не присваивает себе пока.

А.Соломин― Крым…

М.Шевченко― Я считаю, что все имеют право на возвращение… или на компенсацию. Но никто Азербайджану никакой компенсации не предлагал. Никакие дипломатические переговоры не велись всерьез. Велся просто шантаж и всё.

Еще раз говорю: на территории Азербайджана мы имеем дело с этнической чисткой. А теперь на территории России у нас ведется — я в Телеграм-каналах вижу — ведется вербовка как бы: «Армяне России, приезжайте воевать за Карабах!» И Азербайджан… Ну, в отношении азербайджанцев посольство Азербайджана заявило: «Мы просим никого не ехать в Азербайджан. У нас хватает своих сил».

А тут, как говорится, это еще переносится на наши территорию всё. Я считаю, что это сравнение имеет право на существование, но оно не до конца корректно. То, что было на территории Армении и Азербайджана — это этнические чистки. Огромное количество армян, которые тысячелетиями жили на территории Баку, Гянджи, Сумгаита, потеряли свою родину. Миллион азербайджанцев, которые жили на территории Армении — на территории оккупированных районов, на территории Карабаха, — потеряли свою родину.

Этнических чисток все-таки в Крыму, в Донбассе все-таки не было, а тут этнические чистки были. Если вы считаете, что этнические чистки — это нормально… Но я уверен, что вы так не считаете.

А.Соломин― Нет, я так не считаю.

М.Шевченко― Конечно. И так не может считать ни один нормальный человек. Но однако, мы слышим заявления: «Священная земля… Всегда наша земля… Этот народ не существовал… Этот народ придуман. Здесь были только мы». Это мы от кого слышим — это мы от марсиан слышим, что ли? Это на русском языке всё произносится или на английском.

А.Соломин― Поэтому, мне кажется, что это не должно поощряться ни в коем случае, как не должна поощряться и военная составляющая, как нельзя поощрять начало военных действий. Это делает Турция. Азербайджан прямо говорит: «Хватит нас уже кормить этими заявлениями, что «успокойтесь все».

М.Шевченко― Народ Азербайджана потребовал от своего правительства принятие решительных мер. Или правительство было бы просто свергнуто. Поэтому да, естественно, правительство Азербайджана пошло навстречу требованию… Когда в Товузе были эти события, в парламенте, собственно говоря, 300 человек захватили парламент Азербайджана, потребовали освобождения территорий. Ну, конечно, мир лучше…

А.Соломин― Спасибо большое! Журналист Максим Шевченко, журналист в эфире радиостанции «Эхо Москвы». программа «Особое мнение». Меня зовут Алексей Соломин. Спасибо большое, Максим, всего доброго!

ГЛАВНЫЕ НОВОСТИ

Читайте больше интересных новостей