Тюркская легенда о Фет-Али шахе и Аббас Мирзе (записано в 1935 г.)

11 60

Теймурбек Байрамалибеков (1862-1937) был одним из ярчайших представителей блестящей плеяды азербайджанских деятелей конца XIX – нач.XX вв. Являясь выпускником Горийской Учительской Семинарии, интеллигентом, просветителем, педагогом, публицистом своего времени, Байрамалибеков был также выдающимся историком, этнографом и краеведом, пишет azerhistory.com

Всё научное наследие Т.Байрамалибекова создавалось, когда по окончании учебного года он обходил свой край, деревню за деревней, собирая услышанные в народе рассказы.

Значительный интерес для культурологов, фольклористов, краеведов и этнографов могут представлять записанные Т.Байрамалибековым народные поверья и легенды.

Среди записей Т.Байрамалибекова значительную часть составляет цикл легенд и поверий посвященных различным историческим личностям, правителям. Ниже – одна из таких легенд, записанная Т.Байрамалибековым со слов неграмотного жителя села Маштага, в 1935 г.

Тюркская легенда о Фет-Али шахе и его наследнике Аббас Мирзе

По смерти Ага-Мухаммед шаха, не имевшего прямого преемника на трон, наследником персидского престола стал его племянник – сын родного брата Фет-Али шах династии Гаджар, царствовавший 37 лет, считая с 1797-го по 1834 год.

Он отличался расчётливостью, бережливостью и любил копить золото на нужды своего государства, избегая всяких торжественных званых балов и банкетов, говоря: «Собранные с народа деньги должны идти на благоустройство царства, а не на угощение праздных дармоедов, сановников и послов, и царь не имеет никакого права тратить их на удовольствия, а обязан довольствоваться тем, что установлено ему царским законом, не выходя из предела установленной нормы».

Он был ростом выше среднего, носил большую, длинную, густую, чёрную, как смоль, бороду, доходившую до колен, являясь большим фаталистом, глубоко верующим в своего [господа], в предопределение слепой судьбы и в неотвратимость того, что суждено роком.

Отличаясь тихим, спокойным нравом и миролюбием, Фет-Али шах вовсе не любил воевать ни с кем для расширения территории своего государства, как это делали Шах Аббас Джаннятмякан, Надир и Ага-Мухаммед шах, находя войну величайшим злом, уничтожающим массу невинных людей из-за клочка земли и власти, сказывая часто своим вельможам: Цари не давали никому жизни и отнять её у других не имеют никакого права, проливая кровь их из-за своих безумных капризов и прихотей, ибо это противно божеству.

Я был бы вполне счастлив, – продолжал он, – если бы мои соседи оставили меня в покое, а в особенности английские и русские императоры, которые, отличаясь жадностью к захвату чужих земель, невзирая на свои обширнейшие владения, настойчиво хотят покорить весь мир, пользуясь бесчисленным множеством своих солдат, служащих им слепым орудием для достижения корыстных, гнустных, подлых целей, забывая, что они не унесут с собою ничего в могилу, кроме двух метров савана, оставив после себя одни проклятия и негодования народов.

Нет ничего на свете тяжелее и труднее царской власти, – говорил шах. Если традиционный обычай не обязал бы меня занимать престол, а зависело бы от моей доброй воли, то я, говоря откровенно и искренне, отказался бы с удовольствием быть царём и предоставил бы самому народу управлять государством; но не могу, ибо все мои сановники сочтут меня сумасшедшим и убьют. О боже! – воскликнул шах. – Сжалься над людьми, ниспошли на землю ту отрадную и светлую пору, которая могла бы создать всеобщий мир для благополучия человечества и об ния всех людей в одну родную семью и братию, отвратив войну навсегда, как величайшее зло!».

Наследником Фет-Али шаха был родной сын его – Аббас Мирза, отличавшийся замечательным природным умом, даром красноречия, отвагою, смелостью и храбростью. Заботясь о благоустройстве своей столицы – Тегерана, Аббас Мирза основал для гуляния сад, где разведены были разные пахучие красивые деревья, всевозможные цветы, издававшие приятный аромат. В сад проведена была по подземным бетонным трубам из горных родников чистая и холодная вода для поливки деревьев, цветов и питья, для чего построен был мраморный бассейн.

В саду открыта была общедоступная дешёвая харчевня с напитками и все-возможными вкусными закусками. На всех углах находились просторные закрытые беседки с окнами и скамейками для сидения во время непогоды. По обе стороны цементированных дорожек были расставлены крашеные скамейки для сидения публики, под каждым большим тенистым карагачом и липою стояли со стульями дубовые столы, покрытые наичистыми скатертями для обеда, ужина и закусок.

Опытный садовник, как любитель природы, сумел поваживать в этот роскошный парк певчих птичек: соловьев, канареек, зябликов, разных дроздов, скворцов и чижиков, которые распевали звонко свои очаровательные трели, услаждая своим прелестным пением всю публику сидя на деревьях, свивая себе гнёзда, свободно, не боясь людей.

Кроме певчих пернатых, в саду происходили всевозможные игры и разные развлечеашя, в коих принимали участие танцоры, танцовщицы, певцы, певицы, сазандары, рассказчики и музыканты. Мощность, яркая звучность музыкантов, ясность и выразительность рассказчиков и певцов производили весьма приятное впечатление на посетителей.

Словом, сад представлял собою прелестный уголок, где тегеранцы отдыхали после тяжелых работ, как на лоне живительной природы, забывая своё душевное страдание, улучшая свои чувства и помыслы. Сад был доступен всем и служил прекрасным местом для игры молодежи и физического развития её, а также чудным уголком для отдыха души и тела после труда, оживляя и укрепляя человека чистым свежим воздухом благодаря изобилию лиственных деревьев, пахучих цветов и нахождению на берегу горной речки, дававшей прохладу и свежесть своею холодною водою.

Каждый посетитель при входе в сад охотно вносил свое пожертвование, зная, что оно идёт исключительно на содержание детского приюта, где воспитывались сироты и безпризорные дети под непосредственным наблюдением престарелых педагогов и врачей. Исходя из точки зрения общественной пользы, Аббас Мирза осуществил на деле свою светлую идею открытием весьма полезного парка культуры, заслужил всеобщую глубокую благодарность своим удачным нововведением, разнообразием развлечений и изобразительною организацией, что создало добрую славу о нём, обессмертив его имя в памяти народа.

Однажды придворные сановники сообщили Фет-Али шаху о существовании этого замечательного веселотворного сада и посоветовали ему посетить его хоть раз в свободное от занятий время, для покоя души от нравственных треволнений и «суеты сует».

Шах послушался совета их и со своею блестящею свитою посетил, пробыл там три часа и получил самые приятные ощущения, услаждавшись пением птичек, певцов, игрою музыкантов, танцами и рассказами клоунов, что дало ему полную возможность вдоволь смеяться и действительно забыться временнно от тех шахских горьких дум и забот, которые причиняли ему ужасное душевное страдание.

Оставшись доволен вдобавок образцовым порядком, чистотою, устройством и расположением сада, Фет-Али шах вышел, и при выходе из него прочёл на воротах такую золотую крупную надпись на фарсидском диалекте: … , что означает в переводе: «Здесь место для успокоения души». Прочитав это предложение, он велел добавить: … что выражает: «Где деньги, – там удовольствие и наслаждение, но мир без денег есть тюрьма и страдание».

При этом он сказал окружавшей его свите: «Являясь наилучшим другом и спасителем человека, золото служит вдобавок главным мировым рулем, коим правится и поворачивается на желаемую сторону общественно-государственный корабль».

Эта легенда записана мною со слов неграмотного жителя селения Маштага – Кербалаи Дадаш-Бала Ага-Малик оглы, имеющего от роду 96 лет.

Селение Маштага Бакинского района.
Сад Бекдамира Айдамир оглы
Байрам-Алибеков Теймурбек, 1-го августа 1935 года