Ждите увеличения числа заболевших через две недели. Интервью с инфекционистом Владимиром Никифоровым

13 19

В Азербайджане начинается добровольная вакцинация от COVID-19, одновременно в стране ослабляются ограничительные меры в связи с пандемией коронавируса. Открываются салоны красоты, музеи, возобновляется пассажирское транспортное сообщение между городами. Правда, масочный режим по-прежнему обязателен, а метро еще закрыто. И, при этом во Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) считают, что распространение COVID-19 принимает лавинообразный характер. Число скончавшихся в результате заболевания уже перевалило за отметку в 2 миллиона человек, а количество заболевших приближается к 100 миллионам.

Сегодня своим видением ситуации в беседе с Media.Az делится доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой инфекционных болезней и эпидемиологии Российского национального исследовательского медицинского университета имени Н.И.Пирогова, заслуженный врач РФ Владимир Никифоров.

— По всему миру идет массовая вакцинация от COVID-19. Насколько это поможет остановить пандемию коронавируса?

— Я не вакцинолог, а инфекционист, но если сделать экскурс в историю, то благодаря вакцинации мы смогли справиться с корью, практически исчез полиомиелит. Так что это действенный метод борьбы с инфекционной патологией. Но для того, чтобы понять работает ли это, нужно привить большой процент населения. Только тогда это поможет прервать эпидемический процесс. А если из 100 человек вакцинированы, условно, двое – то это ничего не даст. Вакцинация, если ее начинать, должна быть массовой, прививки должны получить больше 50% населения, это как минимум.

При этом вторая половина населения сама благополучно переболеет, выработается коллективный иммунитет. И в итоге, когда процентов 70 людей будет иммунизировано, неважно каким способом – благодаря вакцине или перенесенной болезни, тогда эпидемия закончится. Но сейчас об этом рано говорить, ведь даже вакцин не хватает. Это чисто технический вопрос. Вакцины уже есть, и разные, но нужно огромное количество доз, а еще вопрос логистики – как их доставить? Нужен жесткий температурный режим при перевозке. Так что проблема уже не только медицинская.

— А что вы думаете о мутациях вируса? Их уже множество. Будет ли иммунный ответ, не придется ли на каждый новый штамм разрабатывать новую вакцину?

— Чуть ли не все население Земного шара за последние месяцы стали эпидемиологами, вирусологами и инфекционистами (смеется). А все знания черпаются из интернета. Отсюда и версии, что раз это РНК-содержащий вирус, то он будет ужасно мутировать. Это не совсем так.

Вот, возьмем вирус кори. Он тоже РНК-ковый. И тысячу лет назад он был таким. Любой вирус как-то мутирует, как и любая наша клетка подвергается постоянно изменениям. Да, ковидный вирус мутирует, как и все остальные. Но не настолько, чтобы перестала работать вакцина. Единственно значимая мутация, которая действительно произошла за последний год – это британский штамм. Он, вроде бы (подчеркну, именно вроде бы) стал более заразным. Но при этом тяжесть вызываемого им заболевания не увеличилась. Как болели люди, так и болеют.

В целом же, это нас дополнительно подстегивает к вакцинированию. Этот штамм, по идее, ускорит прекращение пандемии COVID-19. Люди будут чаще заболевать, но не тяжелее. Быстро все переболеем, и таким образом эпидемия закончится. Кроме того, нет никаких данных о критических мутациях вируса, которые могут привести к тому, что не будут работать вакцины.

— Вопрос переноса инфекции от человека к животным, и обратно. Об этом постоянно пишут. Вроде уже и гориллы болеют COVID-19, носителями объявляли норок, кошек, собак, даже снежных барсов и так далее. Действительно ли животные могут болеть и становиться переносчиками?

— Вообще, исходно, коронавирус – это вирус животных. И таких вирусов около тридцати. А для человека, до определенных событий, было выявлено всего четыре патогенных коронавирусов, которые, в общем-то жить мешали, но от них никто не умирал.

Да, есть «прицельные» вирусы, вызывающие перитониты у кошек, коронавирусам болеют и собаки. Помните шум вокруг «куриного гриппа»? Так он известен с XIX века. Так что тут нужно разбираться. Они все похожи.

— Не могу не спросить и про ограничительные карантинные меры. В Азербайджане их сейчас смягчают, а что будет дальше?

— Ну, конечно же, количество заболевших будет расти, это понятно. Да ведь и при карантине вы же не замуруете входные двери. Все равно кто-то куда-то выходит вместе с вирусом, который продолжает циркулировать. Да, теоретически можно все перекрыть, но тогда появятся совершенно другие проблемы.

Карантин влияет только на уменьшение нагрузки на систему здравоохранения. А люди как заболевали, так и заболевают. Я, кстати, переболел и могу не прививаться. Так что эпидемия не остановлена, ограничительные меры у вас привели к уменьшению количества больных. Медикам стало легче работать. Повторюсь, пока жесткий карантин – заболеваемость меньше, ослабили – ждите увеличения числа заболевших через две недели. Можно остановить скорость паровоза, но не остановить его. Но благодаря карантину вы дали передышку врачам.